воскресенье, 25 октября 2015 г.

Как зависит популярность лидера государства от военного конфликта в его стране

Как зависит популярность лидера государства от военного конфликта в его стране
Рейтинг президента России достиг исторического максимума – по данным Всероссийского центра изучения общественного мнения, почти 90% россиян одобряют деятельность Владимира Путина.
Катализатором роста популярности российского лидера, и так не опускающейся ниже 80%, стала военная кампания в Сирии. Более четверти опрошенных назвали авиаудары по позициям террористов самыми важными событиями последнего времени.

Всегда ли война – дрожжи для рейтинга лидера государства, и на какой тренд может рассчитывать Петр Порошенко, исходя из своей военной стратегии?

Динамика рейтинга президента в воюющей стране – это производная от победы или поражения в войне. Она напрямую зависит от течения военной кампании и результата конфликта. Лидер проигравшего в войне государства уходит в историю как проигравшая, негативно воспринимаемая личность.

Эта закономерность сохраняется во всех странах, невзирая на культурные или экономические особенности, национальную принадлежность. Возьмите, к примеру, личность Чемберлена (Невилл Чемберлен, премьер-министр Великобритании накануне Второй мировой войны, который подписал соглашение с Адольфом Гитлером, вскоре нарушенное последним. – Forbes) или самый банальный пример – лидеры проигравших стран-участниц Второй мировой.  
Популярность президента Джимми Картера упала до минимума из-за его слабой военной политики. Ричарда Никсона, который вывел американские войска из Вьетнама, постигла та же участь. Они оставили негативный след в американской истории, и мало кто помнит об их достижениях.

Исторические параллели


Это самое страшное для лидера – когда страна под его руководством проигрывает войну. Как правило, это означает отставку, такие президенты уходят в небытие. Иногда, если имела место капитуляция, это может закончиться не только политической, но и физической смертью.
Но если проигрыш в войне означает падение рейтинга, то верно и обратное. Популярность глав государств резко растет, когда их страна побеждает в войне или хотя бы имеет промежуточные военные победы.

Посмотрите на Адольфа Гитлера – его авторитет был колоссален до конца 1944 года, поскольку Германия достаточно успешно вела военные действия. А что уж говорить о первом, победоносном для Германии периоде войны – у себя на родине Гитлер как политик был суперпопулярным.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что популярность Владимира Путина после развязывания конфликта в Сирии выросла.

Во-первых, работает пропаганда.
Во-вторых, в российском обществе вызывает эйфорию мысль о том, что Россия бросила вызов глобальному доминированию США.

А в том, что «всплеск» рейтинга произошел фактически раньше, чем стал понятен исход конфликта, нет ничего удивительного. У России, официально, пока нет потерь в Сирии. А отсутствие потерь – это уже победа.

Что в Украине?


Как уже упоминалось, проигрыш в войне – это худшее, чего может себе пожелать политик. В Украине такой черный момент истории пришелся на лидерство Александра Турчинова. Ему могут простить все что угодно, но не простят сдачи Крыма. Это пятно осталось, и уже не исчезнет. С другой стороны, самое худшее с ним как с  политиком уже случилось.

В ситуации с конфликтом на Донбассе мы подходим к латентной капитуляции. Она не будет очевидной, но будет иметь очень тяжелые последствия. Рейтинг главы неизбежно будет падать. Потому что уступки, которые пока в тени, рано или поздно начнут проявляться.

Отправить комментарий